Боливия, Дневник, Южная Америка

Самая-самая Боливия – часть I

Copacabana и Isla Del Sol (Остров Солнца)

[05.08.2007]


Наступило утро. Я уже знал, что первым делом поеду в Copacabana, город на берегу Титикаки (это уже в Боливии), поэтому всполоснувшись в обещаной горячей воде, сразу отправился на вокзал.
Вообще, уехать в Копакабану из Пуно можно двумя способами: обычным и выпендрежным. Обычный порузамевает под собой прийти на нормальный вокзал, купить билет сразу до Копы и не париться: водила сам остановится, где нужно, для прохождения перуанской и боливийской миграсьон. Выпендржный вариант, наоборот, не подразумевает таких удобств. Сперва-наперво нужно прийти на вокзал для местных, затем умудриться втиснуться в автобус, доехать до Yunguyo, оттуда добраться до границы, пройти все нетбходимые приграничные процедуры и уж только потом ловить какой-нить транспорт до Копакабаны. Сразу скажу, что первый вариант, однозначно, не по мне — слишком скучно. Да здравствует выпендрежный маршрут!

Около 8:00 был на местном автовокзале. Первое, что сделал, это просто ох…, простите, офигел. Народу — тьма тьмущая. Все хотят куда-то уехать, и причем большенство почему-то в Yunguyo. На платформе, куда должны подкатывать автобусы, следующие, до этого населенного пункта, народу человек 70. И все с баулами, мегаавоськами и прочим крупнокалиберным грузом. На других направлениях, наоборот, куча автобусов всего на несколько челов.
Огляделся. Поофигевал чуток и решил стать 71-ым. Как только занял эту позицию, следом пристоилось еще челов 20. И чего они все туда пруться?
Пол часа стоял, наблюдая как к соседним перронам регулярно подъезжают и уезжают автобусики. К нашему — нифига. Наконец и нам улыбнулась удача и к нашей платформе подкатил микробусик. Люди, истосковавшиеся по транспортному средству с привеликим удовольствием утрамбовались вовнутрь. Впихнулось туда, наверное, человек 25. Остальные, включая меня, продолжили ждать. Еще через пол часа прибыл автобус по солидней. Туда уже смог вместиться и я. Хотя позиция моя явно подразумевала то, что ехать придется стоя, сесть мне все-таки удалось — огромный респект перуанской школьной учительнице Эсперансе. Она, запрыгнув внутрь в числе первых, почему-то застолбила местечко для меня рядом с собой и никого туда не пускала.
От нее я узнал причину ажиотажа в сторону Yunguyo — оказывается в эти дни в соседней Copacabana (туда я как раз и еду) проходит грандиозная фиеста, сочетающая в себе 2 праздника: День Независимости Боливии и La Virgen De Copacabana. Отлично! Погляжу, а может и поучаствую в этом празднике.

Всю дорогу мы с ней обсуждали экономическое состояние Перу и России. На данный момент мы, конечно, впереди. В Перу большие напряги с работой — Эсперансе даже пришлось из-за этого переехать из Арекипы в Пуно. Зарплата у нее невысокая — $200 (но, по-моему, и у наших учителей она сравнима с этой цифрой). Снимать жилье здесь намного дешевле, чем у нас. К примеру, в столичной Лиме за однокомнатную квартирку просят долларов 100-120 в месяц; в остальных городах — не больше 80. Если надумаете купить жилье, то цены примерно такие: небольшой домик в городе — 30-40 килобаксов. Его эквивалент в мелком поселении — 5-10 тыщ зеленых. Не знаю только, могут ли иностранцы покупать тут недвижимость.
Пока мы общались, краем глаза видел, как с сиденья позади торчит рожа паренька, который после каждого моего ответа прятался и пересказывал мои изречения своим предкам. Меня это радовало прежде всего тем, что мой испанский понятен окружающим. Хотя если послушать, то говорю я как чукча в анекдотах: «Моя работать программист, аднака».
За разговорами два часа пролетели незаметно. Проезд, кстати, стоит 6 солей (обычно 5, но за счет фиесты транспортные компании решили подзаработать). Если бы я поехал с солидного вокзала, то за этот же путь с меня бы содрали 10-15 солей (Эсперанса так сказала, сам не проверял).
В Yunguyo были где-то в 11. Здесь заметил забавную фишку, связанную с дорожным движением. Если улица односторонка, то многие водители, вместо того, чтобы как-то ее объехать, пятятся задом во встречном направлении.
Для Эсперансы это был конечный пункт, мне же нужно было еще добираться до погранперехода Kasani — это еще 2 км.
Расстояние мелкое, но и маршрутки дешманские — всего 0,5 соля — это как в платный толчок на вокзале сходить. Поехал.
На выезде из Yunguyo случилась длинющая очередь из легковушек, грузовиков и автобусов — всего того транспорта, который двигается в Боливию. Длина этой очереди — как раз 2 км. Причина, думаю — фиеста в Копакобане. Ох, хорошо, что не выбрал прямой автобус Puno — Copacobana.
Нашему же микрику соседняя страна была неинтересна, поэтому окольными путями мы шустро добрались до приграничной арки. Здесь, слава богу, перуанская и боливийская миграции находятся рядом — бегать за тридевять земель не надо.

Вообще этот погранпереход — один огромный рынок. Здесь продают все и вся: фрукты, соки, теплые вещи, игрушки. Вся торговля идет вдоль дооги. Не будь здесь пограничных зданий, и не поймешь, что вот-вот и ступишь на чужую землю. Еще здесь много обменных пунктов, пестрящих надписями на инглише, и частных менял (в основном это пухлые старушки). Курс везде одинаков: доллар — 7.6 боливиан (боливийская валюта, иногда ее называют еще песо), соль — 2.35 боливиан. Курс этот, естественно, если ты покупаешь боливийские бабосы. Обратного курса не знаю. Очевидно, что покупать выгодней за доллары. Я этого делать не стал, решив, что добравшись до Копы, сниму нужную мне сумму в банкомате — курс должен быть выше. На всякий пожарный поменял лишь 10 солей.
Затем прошелся по миграциям и без проблем влепил штамп о выезде, а затем и о въезде. Немного пообщался с перуанским погранцом: он коллекционирует разные деньги — дал ему пару украинских гривен.
Долго задерживаться на границе не стал. Купил лишь килограмм мандарин, которые тут же раздал детишкам в автобусе до Копакабаны.
Автик долго петлял в пробках по улицам Kasani и как-то незаметно очутился в Копе. В паре кварталов от центра встал намертво заблокированный трафиком. Все вышли, а я, не отобразив, где нахожусь (мне казалось, что еще далеко), продолжал еще пол часа тупить в салоне. Только когда водила мне объяснил ситуацию, выполз наружу и пошагал в центр.
А где же фиеста? Где веселье? Где музыка? Неужели празднование столь значимого праздника заключается в выволакивании всякого ненужного барахла на улицу в надежде спихнуть его кому-нить по приличой цене. Именно так и выглядела вся цетральная часть города — лотки, лотки, лотки и еще раз лотки со всевозможным крэпом. Если это и называется фиестой, то на каком-нить китайском рынке у нас в России фиеста каждый день.
Пошел бродить по окрестностям. Помимо уличных торговцев здесь наблюдалось множество обменников (с тем же курсом, что и на границе), ресторанов и отелей — явно туристическое местечко.
Несмотря на то, что Копакабана болиивийский город все цены здесь в солях. Если спросить продавца, сколько же это будет стоить в боливианах, то он на какое-то время задумается.
Первым делом хотел найти банкомат, но его тут не оказалось — вообще нигде не было. Ну хрен с вами. Сейчас мне местная валюта и не нужна, коль везде принимают соли. А в La Paz (неофициальная столца страны) уж точно должны быть эти машины.
Затем решил пристроить свою задницу в какю-нить ночлежку, коих здесь дофигища. Сунлся в одну — мест нет, вторую — мест нет, пятую, десятую — мест нет. Что за жопа-то такая! В одиннадцатой места были, но чел хотел заиметь с меня 90 боливианов. Ха! 12 баксов за отель в самой бедной стране Южной Америки — не борзота ли? Тем более, что он не блистал надписями Hilton или Sheraton.
Последующие попытки давали один и тот же результат — все занято. Ну и ладно! Не больно-то и хотелось. Решил, что раз город принять меня не хочет, пойду в деревню Yampupata (17 км от Копы), там переночую, а завтра надыбаю лодку до легендарного Острова Солнца. Вот сейчас только похаваю, пошатаюсь часок по городу и пойду.
Похавал. Пошел бродить по улицам, а потом вспомнил слова школьной учительницы, что рядом с городом есть холм, с которого открывается неплохой вид на Копкабану и озеро Титикака. Пошел туда.
Склон выглядел очень оживленным — толпы людей курсировали туда-сюда. Вдоль широкой тропы стояли лотки с сувенирной продукцией.

Ассортимент сувенров давольно странный. В основном это макеты домов современного типа, автобусов с логотипами реальных компаний и кучи, нет — горы, фальшивых долларов и евро. Некоторые экземпляры весьма похожи на оригинал. За 1 соль можно купить нехилый кирпич баксов, а скупив все на одном лишь лотке, наполнить здоровенный чемодан. Уж не здесь ли американские режиссеры закупают миллионы зеленых для своих фильмов?
Понравился лозунг продавцов — стань миллионером за 1 соль. У меня даже возникла мысль купить пару миллионов, но отсутствие чувства юмора у наших погранцов отбило эту идею — загребут еще за фальшивомонетчество.

Поднимаясь выше, стал наблюдать некоторые признаки фиесты: все чаще и чаще встречались в зю-зю пьяные продавцы, мирно спящие около своих прилавков в окружении гор пивных бутылок. Это меня радовало — значит все-таки праздник где-то есть.
И он был. На вершине холма поддатые горожане и гости города вовсю отплясывали под зажигательные ритмы латинской музыки. Вокруг постоянно хлопали многозарядные петарды, а всех вновьприбывших посыпали каким-то липким конфети. Пиво лилось рекой. Специально для празднующих здесь были организованы гигантские батареи пивных бутылок. Но время жизни этих пивных запасов весьма коротко — расходились они моментально. Музыка, конечно же, живая. После каждой сыграной песни музыкантов щедро угощали пивом. От этого после 30-40 минут их дееспособность резко падала. На смену им приходила новая группа гитаристов и баянистов, чтобы вскоре тоже уйти в даун.

Я решил стать мирным наблюдателем за течением фиесты и уселся на бортике рядом с одной веселящейся компанией. Вскоре раздухаренные пляшущие тетушки заметили белого рюкзачника и начали прилагать всякческие усилия по его привличению в процесс празднования. Первым делом я был просто обязан выпить несколько стаканов пива за святую Деву Марию. Выпил. Следующий этап — кровь из носу, должен станцевать. А почему, собственно, нет? Тем более, что впитывающееся в кровь пиво способствовало этому. Оставив рюкзак на хранение пожилой синьоре присоеинился к веселящимся. Дальше остановится уже не мог. Отплясывал нашего казака, что есть мочи, сочетая движения «вприсядку» с кружением вместе синьорами и синьоритами. Это конечно же привлекало внимание окружающих — вокруг образовалсь внушительная толпа улыбающихся перуанцев и боливианцев. Похоже гринго, танцующий на фиесте — редкость для этих мест. В миг я стал лицом номер один на этом празднике. Каждый пытался угостить меня пивом и сфоткаться вместе. Насчет второго — всегда пожалуйста. Но вот пиво. Пиво, конечно, хорошо, но не в таких количествах, т.к. помимо посторонних людей доставкой этого напитка в мой желудок регулярно занимались тетушки, с которыми вместе зажигали.

Сколько времени весеились — не знаю, но в половине седьмого, когда начало смеркаться, я вспомнил, что жилья-то у меня нет и нужно еще пилить 3 с лишним часа пешкарусом до Yampupata. Еле смог выбраться — с каждым челом нужно было не по одному разу попрощаться и выслушать всевозможные пожелания (на удивление, многие чуть-чуть говорили на инглише). Приятно. Одна шибко ужратая синьорита кинулась меня проважать под предлогом, что она тоже хочет в ту деревню. Пришлось отмазываться и возвращать ее в лапы подруг.
Из города вышел, когда уже почти стемнело. Бодрой пошатывающейся походкой отправился в сторону Yampupata. Вскоре догнал молодую синьориту. На спине у нее болтался ребенок, а перед собой она катила тачку внушительных размеров. Некоторую часть пути шли вместе — помог ей докатить тележку до нужного места. Она тоже немного говорила по-английски. Блин, за один вечер в Боливии я встретил больше англоговорящих местных жителей, чем за целый месяц в Перу. И это в самой бедной стране континента.
Стало совсем темно. Дальнейший мой путь проходил в компании налобного фонарика. Попытался разок поавтостопить, но местный абориген отказался везти меня забесплатно, пришлось пешкарить дальше. Примерно через час идти задолбало. Здалась мне эта деревушка — завтра дойду. И, не найдя лучшего места, разбил палатку в метре от дороге и пяти метрах от озера. Была еще опция заночевать в лодке, но уж слишком ребристое дно у нее было. Как только обустроился, сообразил две неприятные вещи: с собой у меня нихрена нет хавчика, а ел я только днем — завтра с утра придется на голодный желудок тащиться; второе — денег в виде боливиан у меня тоже нет — только соли и доллары. Но вторая мысль не шибко беспокоила: думал, раз в Копе оперируют солями, то и в соседней деревушке поди не откажуться. Заморачиваться сегодня особо не стал — проблемы нужно решать по мере их поступления.
Перед сном немного понаслаждался свечением тысяч звезд на ясном небе. Когда нет лишнего искусственного света, их особенно много — видны даже звездные облака, принадлежащие нашему Млечному Пути. Красиво.

[06.08.2007]

Утром была пустота. Не, не пустота в сознании — пустота в желудке. Ее я ощутил сразу как проснулся. Но обращать особого внимания не стал — что я, студентом не был что ли.
Начинало уже светать, но солнце еще не появилось — преграду его лучам опять создавали горы. Ночью было давольно холодно, поэтому инея на палатке накопилось дофига. Но ждать, пока все это дело растает, обламывало. Стряхнул, что смог, упаковался и пошел.
Судя по показаниям GPS, впереди еще было 12 км топанья. Дорога не утомляла, все было отлично, самочувствие идеальное, идется хорошо. Прошелся по Inca Road. Это участок пути (тропа), по которому когда-то ходили индейцы, а сейчас по нему можно немного срезать относительно автодороги. На нем набрал примерно 100 метров высоты — тоже ничего.
Однако постепенно силы начали улетучиваться — никакой энергетической подпитки у меня не было со вчерашнего обеда. Да и ту я израсходовал на танцы-пляски. Но идти продолжал.
Примерно через час встретилась какая-то деревня. Домов вроде много, а местных жителей не видать. Идя вдоль дороги, зыркал по сторонам в поисках продуктового магазина. Нифига — похоже, тут они живут исключительно натуральным хозяйством.
Затем была еще деревня — уже побольше предыдущей (тут даже был отель), но магазинов — шиш вам. На выходе из населенного пункта меня остановил старичок, предложивший довезти до Острова Солнца (именно он и был конечной точкой) на своей лодке: на моторной — 70 боливиан, на весельной — 30 боливиан. Сказал, что в Yampupata это будет дороже. Даже притащил какой-то древний путеводитель 94-ого года, где авторы рекомендовали имено этого чувака. Хм. 70 — много, 30 — тоже много, но терпимо. Но стало жалко дедка — упреет он столько гребсти. Отказался. Еще немного пообщались. Он мне показал старые открытки из разных стран, оставленные туристами — много разных, но из России — ни одной. Хотел еще продать приспособление для метания камней (в качестве сувенира), но тащить эту хрень мне не хотелось. Да и эстетической красотой оно не блистало, и духом древности от него не веяло.

Получасовая задержка однозначно не пошла на пользу желудку. Он начал усиленно возмущаться, отвлекая от глазения по сторонам. К тому же дорога поперла вверх — а это дополнительные усилия, которые нужно из чего-то генерировать: желудок пуст, жировых запасов тоже нет. Скоро уже сутки, как ничего не ел. Стал вспоминать поход в джунгли: гид показывал, какие растения съедобны, и можно хавать все, что едят животные. Но это в джунглях, здесь же на высоте почти 4 тыщи метров нихрена такого не растет, а жевать сушеную траву не хочется пока. Еще вспомнил, что в рюкзаке есть кожурки от мандаринов (забыл выбросить, когда вчера утром хавал их на границе). Но решил отложить это лакомство на более тяжелые времена.
Шел. Матерился сам на себя. Делать это можно громко вслух — никого нет, да и по-русски мало кто говорит. Наконец забрался в наивысшую точку — дальше только спуск к деревне Yampupata — всяко легче.
Подходя к пристани обратил вниимание на небольшй щит, где были расписаны расценки на трнспортировку. К примеру, весельная лодка до южной части острова стоит 30 боливиан (1 час), и взять она может максимум 2 человек. Моторозирированые корыта подороже: на юг — 60-70 боливиан (15 минут), на север — 200-250 боливиан (1 час). Вообщем, все так же как у старичка из предыдущей деревни.
Начал присматриваться к самому дешевому варианту (для меня он таким не казался). В этот момент к пристани подъехал минивэн, из которого вышли 5 монашек местного происхождения. Первя мысль: отлично, расшарим моторизиованную лодку — всяко дешевле. Но представителям плавающих корыт эта идея не очень понравилась — еще бы, в этом случае они теряют одного клиента. Стали намекать, что сестры божьи это совершенно другая группа, и я не могу к ним прицепиться. (С чего бы это?) Однако мы настояли и «морякам» пришлось обломаться.
Дальше получилось так, что монашки задумали ехать на северную часть Isla Del Sol. Договорились они на 220 боливиан. Блин, это даже, если поделить на 6 — уже много. Я было решил отказаться, но они посмеялись и сказали, что мне платить ничего не надо — езжай с нами нахаляву. Зашибись! Вот эта цена как раз по мне!
Дальше — еще лучше. Они спасли меня от голода — угостили яблоком, упаковкой попкорна с шоколадом и леденцом на палочке. Хотя, вроде, я никак им не намекал на свое бедственное состояние; желудок мой тоже загибался шепотом. Все это продовольствие я моментально оприходовал внутрь. Стало хорошо так. Люблю монашек. Добрые они.
Почему они решили плыть на северную часть? Скорее всего потому, что именно там находится, пожалуй, главная достопримечательность Isla Del Sol — руины Chincana (или дворец инков, или лабиринт). Имено здесь, по легендам, родилось Солнце, и отсюда вышли первые два представителя древней цивилизации — Manco Capac и Mama Huaca. Вообще, помимо Chicanca на севере, на острове есть несколько интересных мест и на юге: Pilko Kaina, Escalera Del Inca (лестница инков) и другие. Но их важность в жизни индейцев ниже. Поэтому я даже был рад выбору монашек.
Плыли, как и обещано, около часа. Слева — Остров Солнца, справа — Остров Луны и снежные вершины на далеком берегу.

Наконец причалили к пирсу около деревни Challapampa. Распрощавшись с монашками, разошлись в разные стороны. Потом, минут через 10, видел как они загружались назад в лодку — видать обломало их топать до развалин (это 2-3 км от деревни, преимуществено в гору).
Первым делом обошел поселение. Деревушка небольшая, но вполне милая. Улочки узенькие. Дома глиняные. Вокруг одни рестораны и ночлежки. Там, где нет никаких вывесок, местные жители сами выходят и предлагают приют. Есть тут даже музей золота, но он оказался закрыт.
Побродив немного, стал опять ощущать легкое чувство голода. Вернулся на пирс — там приметил очень приятный ресторанчик с небольшой террасой и видом на озеро. Тут вспомнил, что из местной валюты у меня только полтора боливиана. Было еще 50 солей, и 5 долларов — каждые одной купюрой. Фиговенько, т.к. все цены тут уже только в местных деньгах. Предлжил официанту заплатить в солях. То подумал, чего-то посчитал и выдал курс 1.5 боливиана за соль (естественно и сдача предполагалась по такому же курсу). Вот ты охренел, чувак. Пошел в задницу со своим курсом — ничего я у тебя жрать не буду — кукуй тут один.
Вместе с этой ситуацией встало сразу несколько проблем: первая — ночлежку я здесь снять не смогу, придется ночевать в палатке; вторая — жрачка сегодня тоже не предвидется (отлично, пригодятся мандариновые кожурки); третья — как-то еще нужно отседова уехать. Конечно, все эти проблемы легко решаются путем обмена денег по грабительскому курсу. Но тут было скорее дело принципа — нефиг наживаться за счет бедных путешественников.

Так и ушел нежрамши. Загляул в какую-то лавку в надежде найти хоть что-то съедобное за 1.5 боливиана (их были у меня) — облом. Ну и ладно.
Прикинул расклад. Хм. Сегодня иду на руины Chincana, потусю там, затем выдвинусь в сторону юга, по дороге где-нить заночую, а завтра с утреца, как-нить доберусь до Копакабаны. Смущало только отсутствие хавки. Но тут я вспомнил, как на втором курсе института перед сессией, когда усиленно ботанил, съел всего один бомж пакет за полтора дня. Правда там я не таскал рюкзак под палящим солнцем, но за то головой работал. Там не умер с голоду, и здесь переживу.
Пошел. Тропинка поползла вверх. Часть пути шел мимо домиков. Очень усиленно вглядывался в растительность, в надежде увидеть какую-нить яблоню или другое плодоносное растение. Хрен — одни кустики, ничего съедобного. Параллельно смотрел по сторонам — вдруг где пластиковая бутылка завалялась — можно будет воды набрать из озера. Не нашел.
Вскоре домики остались позади. Тропа стала очень странной консистенции: как-будто мелкий-мелкий песок слипся и окаменел, образовав гладкую, но не скользкую, твердую поверхность. На встречу попадались туристы и местные жители, топающие налегке — всем привет, всем здрасте. Иногда встречались мелкие детишки, предлагающие себя в качестве гидов — до свидания, амигос.
Особых трудностей с подъемом не было — яблоко с попкорном еще работали.
Минут через 40-50 добрался до места. Дорогу мне преградил местный житель, выполняющий роль билетера. Типа, стой, чувак, давай 10 денег, а то не пущу. «Дяденька, у меня нету ваших денег, есть вот 5 долларов, разменяете?». Чел задумался, покумекал, посовещался с недалеко сидящим товарищем, и сказал: «ОК, 5 боливиан за доллар». Блин, да что ж вы все такие уроды, вон в соседней Копакабане, почти 8 боливиан дают. Нифига, пять.
И вот тут я ступил — согласился на его предлжение. Получил в руки билет и 15 боливиан сдачи. А ступил потому, что как только он меня обилетил, собрал все пожитки и пошел восвояси. Блин, надо было отказаться, посидеть в сторонке, а потом свободно пройти. Тем более, тут никаких заборов и ограждений нет. Но кто же знал. Просто, основная масса посетителей здесь бывают с утра, а, днем, видать, редко кто приходит — вот они и робят до обеда (время было начало второго).
От билета была одна польза, на оборотной стороне находилась небольшая схема местности с названиями инковских строений.
Пошел осматривать руины. По порядку.

Первым был Mesa De Sacrificio (стол для жертвоприношений). Четыря камня (ножки стола), сверху камень побольше (столешница), вокруг еще несколько камней (табуреток). Все давольно мелкие — один человек запросто поднимет, кроме столешницы. Честно скажу, конструкция меня не впечатлила — такую шнягу я могу один соорудить (разве что попросить кого-то помочь принести столешницу). Но вот сочетание места и конструкции — еще куда ни шло: небольшая ровная полянка, за которой следует резкий уклон (даже обрыв) к воде высотой 100 метров. В общей композиции стол, табуретки, полянка и ярко-синяя вода смотряца неплохо.
Следующий по списку — Roca Sagrada (святые камни). Вообще смех. Свиду это обыкновенный каменный забор. Не имея схемы, даже и не подумал бы, что это творение инков, подобных заборов даже на этом острове дофигища (в той же Challapampa), а уж по всей стране и соседнему Перу — их тыщи. И кладка-то ничем не отличается. Не зачет! Достопримечательность высосана из пальца.
Ну и наконец Labirinto Chincana (он же Дворец Инков). Вот тут «да». Вот тут инки постарались. Множество хаотично расположеных каменных стен с узкими проходами, лазейками и окошками; поворотами и подъемами. Зайдя в одном месте, будешь долго плутать в поисках выхода. Настоящий лабиринт, не хватает только минотавра с топором. Все это дело расположено на склоне, не очень крутом, но и не очень пологом, что тоже вносит вклад в общее представление. Внутри есть небольшие травянистые полянки — как раз, чтобы порелаксировать после тяжелого дня. Очень приятное место.

Проторчал там минут 50. Просто сидел на полянке рядом и смотрел на воду. Последние 10 минут маялся, то ли спускаться вниз, чтобы попить, то ли уж потерпеть. Но мысль об обратном подъме вверх сподвигала к терпению.
Впитав всю энергию священного места, взвалил рюкзак на плечи и пошел. Но не назад, а по другой тропе, которая соединяет северные и южные части острова. По словам билетера (он сказал мне об этом раньше) идти туда около 3-х часов. Сейчас 14:10. Это значит, что к 5 вечера я буду там.

Т.е. есть шанс сегодня же попасть на лодку и очутиться в Копакабане (и не умирать от голоду, и не подмерзать ночью) — вряд ли лодки заканчивают ходить раньше 17:00. Эта мысль меня сильно обрадовала, придав неплохую начальную скорость.
Впрочем импульса этого надолго не хватило. Жажда и голод быстро свели его на нет. Это, конечно, не значит, что я совсем остановился или еле плелся — шел, в принципе, нормальным умеренным шагом, но было тяжко. Сверху жарило солнце и одновременно дул холодный ветер. Я шел почти по вершине горного хребта, поднимаясь все выше и выше, и вспоминил о добрых монашках (и о хавчике, который они мне дали). Эх как бы я сейчас с удовольствием навернул десяок-другой зеленых яблок. Пофигу, что потом прошиб бы жестокий понос, но за то сейчас я был бы очень счастлив. Так и шел, думая то о еде, то о воде; то неодумевая, чего же этим инкам взбрело в голову так высоко забраться.
В самой высокой точке хребта обнаружился лоток с водой, колой и прочими закусками. Тут я себя сдержать уже не мог, и купил маленькую бутылочку воды за 5 боливиан. Ах! Как хорошо мне было в этот момент! Чистая. Прохладненькая. Освежающая. Ммм… Будет чем потеть. Один минус — быстро кончилась. Почапал дальше.
На удивление южный конец острова наступил гораздо раньше, чем предполагалось. Уже через 2 часа, я топал по деревушке Yumani. Похоже, что 3 часа — это уж совсем для тугоходов.
По площади Yumani гораздо больше Challapampa. Но ассортимент заведений почти тот же самый: рестораны да гостиницы. Правда тут еще был интернет и сувенирные лотки, коих на севере не наблюдалось.
Деревня находится высоко, поэтому под конец резко пришлось спускаться вниз. А сделать это можно по Escalera Del Inca (Лестница Инков). Про нее толком ничего сказать не могу, но какую-то роль она все же играла — иначе, зачем ее отмечать, как достопримечательность острова.

Еще сверху я видел, как внизу народ уже загружается в лодку. Думал, не успею. Но капитан заметил меня и не спешил уплывать. Я же несся по этой лестнице, что есть мочи, и чуть не врезался в груженого ослика, поднимающегося навстречу. Успел. Как только запрыгнул на борт (забрался на верхнюю палубу), корыто отчалило.
Запрыгнуть-то запрыгнул, только вот денег у меня с гулькин нос. Хотя это меня не особо волновало. Когда наступила очередь платить, а случилось это практически сразу же, то выяснилось, что билет стоит 15 денег, а у меня только 11. Начал уламывать юнгу, что так и сяк — давай за 11 — все равно больше нету. Он зачесал репу, проезд ведь 15, че ты мне суешь меньше? Ну нету, чувак, н-е-т-у. Тут на помощь пришла туристка (откуда — не знаю) — дала мне пятачок, безвозмездно. Всего одним жестом, она сделала приятное сразу двум людям: юнга получил, что хотел, а я получил отлипшего от меня юнгу. Тыщу раз поблагадорил ее и подбил итоги: за проезд туда-сюда заплатил 10 боливианов — вполне бюджетно получилось, если, конечно, не считать прокол с обменом 5 баксов у руин.
Все. Теперь оставалось только сидеть и ждать, когда мы доберемся до Копакабаны.
Сидел на крыше лодки, грелся на солнышке; ветра, на удивление, не было.
Вдруг на палубу поднялся седой старичок, крупного телосложения, с тросточкой. Прихрамывая подошел ко мне и спросил, не из Германии ли я (меня всегда с немцами путают, внешность арийская). Нет — русский я. Дальше последовала фраза на чистом русском языке (с небольшим акцентом): «Очень приятно встретить молодого человека из России в центре Южной Америки». Я даже офигел, и долго соображал, на каком же языке продолжать разговор. Разговор продолжился на русском. Поначалу пытался говорить медленно, чтобы старичок мог улавливать слова, но это было необязательно — он и так все хорошо понимал. Оказалось, что здесь на палубе, я познкомился с профессором русского языка Иллиноисского Университета в Чикаго, США. Зовут его Bill Keller. Возраст — 65 лет. Русским языком он занимается уже 40 лет, а потому и говорит почти идеально.
Всю поездку мы с ним трещали на разные темы. Первым делом, конечно же, поговорили о путешествиях. Оказывается, он уже 5-ый раз за последние 2 года в Южной Америке и почти всем доволен. Затем обсудили взаимоотношения России и США. Сошлись во мнении, что напряженные отношения имеют место быть только между нашими правительствами; народ же относится друг к другу дружелюбно и радушно. Досталось и президентам. Его отношение к Бушу точно такое же, как и мое к Путину. Озвучивать не буду, а то расстреляют за инакомыслие. Еще повосхищались творчеством Майкла Мура (тот, что снял «Фаренгейт 9/11», «Выстрелы в Колумбине» и другие, обличающие его президента фильмы).

Время пролетело незаметно: я даже не могу сказать, прошло 30 минут или 3 часа — общаться было очень интересно. Под конец он пригласил меня к себе в гостиницу на рюмочку писко (это такая виноградая водка, популярная в Перу). Договорились, что я найду ночлежку и пригоню к нему. Видно было, что ему тоже со мной интересно разговаривать. Он даже собирался отменить ужин с бразильской парой.
Жилье нашел быстро. В первой попавшейся гостинице, прямо на берегу, предложили номер с кроватью (все остальное — за пределами комнаты) за 25 боливианов. Скинул рюкзак, сменил носки и был готов. На улице обменял 30 баксов на местную валюту. Попытался еще найти банку соленых огурцов: коль у нас русский вечер, то и закуска пусть будет русской, но здесь с таким кушаньем не знакомы. В спешке забыл даже поесть — мозг был занят другим и запросы желудка игнорировал.
Минут через 40 был в холле отеля, где живет Билл. Гостиница у него солидная: ресепшн, ресторан, интернет, терраса, сувенирный магазин и даже небольшой дворик; сотрудники все шпрехают по-английски — 3 звезды, короче. Сначала ему позвонили и сказали, что пришел мистер Иван. А уж потом я поднялся. Номер тоже не плох: ванная с постоянной горячей водой, кованая кровать, электрический обогреватель, телик, а самое главное огромное окно (практически от пола и во весь рост) с видом на Титикаку. Идеальней номера для любования закатом не придумаешь. (Стоит 32 зеленых за ночь)
Билл уже закончил все свои дела и ждал меня. Уселись мы на двух креслах прямо перед открытым окном. Закат прошел — можно наблюдать за появлением звезд. Этим мы и занимались, попивая писко маленьким глотками и закусывая чипсами. Параллельно вели беседу: он рассказал о своей жизни в Америке, а я — о своей в России. Оказывается помимо русского он владеет еще десятком языков. Языки — его страсть. Затем перешли на религию: Билл вещал от лица верующего, я — от лица атеиста. Несмотря на различные взгляды, оба с уважением относились ко мнению друг друга. Потом переключились на литературу. Тема эта для меня чуждая, но тем не менее разговор продолжался. Потом была политика, потом история.
Блин, утром, просыпаясь в палатке, я и представить не мог, что вечер проведу у огромного открытого окна с видом на Титикаку, попивая писко и общаясь с интеллигентным и интересным человеком. Вот такие дни я особенно люблю — дни, когда ты не знаешь, что будет с тобой через 2, 3, 5, 10 часов. Неизвестность притягивает.
После часового распития крепкого напитка пошли ужинать в ресторанчик. Специально по моей просьбе выбрали не очень дорогую харчевню. Остатки вечера провели именно в ней, поедая пиццу и запивая красным вином — опять же за беседами.
Завтра с утра Билл собирался снова ехать на Остров Солнца, а я в La Paz. Но мы договорились перенести наши поездки на по-позже, а с утра встретиться, прогуляться, пообедать и уже потом разъезжаться.

[07.08.2007]


Утром я снова за ним зашел. Пока ждал внизу, посидел нахаляву в инете (бесплатный Wi-Fi плюс КПК). Дальше мы отправились гулять по городу. Оказывается обычные прогулки по для профессора — редкость. Он очень чувствительно относится к главам Lonely Planet под названием Dangers & Annoyances и без лишнего повода в город не выходит. Осторожность у Билла находится на грани паранои: каждый третий местный житель для него — вор и разбойник. Я конечно же его точку зрения не разделяю.
Прошлись по рынку. Там отведали национальный утренний пирожок — салтенья (начинка: овощи и мясо). Почему национальный? Потому что ест такую шнягу большая часть населения. Почему утренний? А вечером вы его хрен найдете.
Параллельно профессор пытался найти пену для бритья, и всякий раз, когда получал ответ «нету», громко ругался то на английском, то на русском.
Во время блужданий он предупредил меня о гадких банкоматах в La Paz, которые за раз дают не больше 60 долларов (и это при том, что комиссия платежной системы VISA составляет 3 бакса за операцию). Нда, тухло. Ну да ладно — разберусь на месте. А пока просто принял его слова к сведению.

Ближе к полудню пошли в ресторан, откуда должон был открываться изумительный вид на озеро. Вид действительно открывался, но только не в этот день. Сегодня, как назло, местные повара решили устроить день выдраивания кухни. Пришлось обломаться.
Пошли тогда на главную улицу города, где забурились во вполне милую едальню и оприходовали одну большую пиццу на двоих и полили сверху пивом.
Сделали на память несколько совместных фото, договорились списаться через 15-20 дней (был шанс, что мы оба будем в это время в столице) и, если что, еще раз пообедать вместе где-нибудь.
После этого двинули в сторону пристани: у него был рейс на остров, а я — просто так — проводить его. На прощание обнялись с ним как старые добрые друзья. Вроде знакомы меньше суток, а ощущение было, как-будто знаем друг-друга много лет.
Он погрузился на лодку, а я отправился в гостиницу за рюкзаком (его с утра оставил на ресепшн). По дороге вспоминал фразу профессора: «Когда-нибудь вы с Ленчей будете жить в Америке». 🙂

Столица Боливии — La Paz

Забрав рюкзак, пошел к месту, откуда отправляются автобусы до La Paz, самой высокорасположеной столице в мире. Впоследствие я убедюсь (или убеждусь), что слово «самый» для Боливии — вполне обыденное слово.
Предложений до столицы было масса: такси, коллективо, автобусы. Последние, естественно, дешевле. Еще не ориентируясь в местных ценах, согласился на автобус за 25 боливиан (правильная цена — 20).
Загрузился. Со мной вместе ехала группа израильтян, которые тоже (как и профссор) удивили меня своей настороженностью: в багажнике автобуса они пристегнули все свои
рюкзаки на цепи. Может я, конечно, чего-то не знаю (LP у меня старый, предупреждений немного), но свою мочилу (mochila — рюкзак) всегда оставляю как есть — никаких проблем. Тьфу-тьфу-тьфу.
Ехали не быстро не медленно, собирали всех подряд. Слушали израильские песни, исполняемые вживую.

Примерно через час автобус остановился у пристани. Тут мне предстояло познакомиться с новым видом транспортировки. Весь народ вышел, а автик медленно закатился на минипаром, напоминающий плот с мотором. Следом за автобусом пристроилась еще одна легковушка. Больше на плоту физически никто не мог поместиться. Все пассажиры погрузились на другую лодку и поплыли. Смысл всего этого — переправиться на другой берег залива: автобус отдельно, пассажиры отдельно.
Я конечно же не смог отказать себе в удовольствии прокатиться на плавающем автобусе, поэтому остался в салоне. Ощущения суперские. Особенно, зная, что автобус тяжелый, и центр масс плывущего тела выше уровня воды, начинаешь напрягаться от малейших волн. А вдруг какая-нить старушка прикупила авоську чугуна — еще хуже. Вид за окном тоже классный: вот парочка такси плывет навстречу, а вон и грузовик подплывает.
Минут 15 мы перебирались на другой берег. Затем все пассажиры погрузились назад. Поехали дальше. Наблюдение за проезжающими селениями позволило сделать вывод: народ любит праздники, и совершенно не хочет заканчивать веселиться по поводу Дня Независимости Боливии (в Копакабане он совмещен с La Virgen De Copacabana) — пляски и музыка везде. А может это обычное буднее настроение народа такое?
В La Paz въехали, когда уже стало темнеть. Первая моя ассоциация — это светящаяся чаша. Почему? Объясню. Центр города находиться в низине, а вокруг горы. На склонах этих гор расположена urban area — районы победнее (но не трущобы), и все такое. Вот и получается, что даунтаун — это дно чаши, а urban area — ее края. Как только начинает смеркаться, везде включаются огни — чаша светится.
Конечная остановка автобуса — городское кладбище, находящееся почти на дне чаши. Пока спускались, оборвали пару проводов — лишили кого-то телефона или телевизора. Просто наш автобус сверху был загружен настолько огромными тюками, что цеплялся за все подряд. После этого помощник водилы продолжил свой путь на крыше, приподнимая все встречающиеся кабели шваброй.
Наконец-таки добрались до конечной. Было уже совсем темно, а на соседних улицах — еще и безлюдно. Думал сначала взять такси до центра, но потом плюнул на это дело и погнал пешком. Быстро вышел на вполне оживленную улицу-рынок. Вокруг огни, галдеж — жизнь кипит. Потихоньку-помаленьку спустился в даунтаун — мне почему-то хотелось жить именно там.

Современно. Красиво. Прямо как в США: много светящейся рекламы, небоскребы, народ куда-то спешит. С первых минут пребывания осознал, что из всех виденных крупных городов (в Южной Америке), La Paz нравится больше всего. Начал даже недоумевать: и почему это все говорят, что Боливия — самая бедная страна континента. По ее столице такого не скажешь.
Ходил по улицам, глазел по сторонам и искал дешевую ночлежку. Здесь 70 боливианов за ночь — идите в баню, тут 50 — присоединяйтесь к ним же. Нашел за 45, долго думал, но в итоге отправил их туда же. Были еще и за 90, и за 100. Не мое!
Уже было отчаялся и хотел вернуться в «за 45», как вдруг напоролся на вполне милый хостел, находящийся совсем рядом с одной из главных площадей города — Plaza De San Francisco. В нем мне предложили неплохой номер за 30 боливианов. Деревянный пол, высокий потолок, огромные двухстворчатые двери, шкаф а ля позапрошлый век и большая кровать — современник шкафа. Выглядело это все как покои в каком-нить древнем замке. (Туалет с душем — снаружи. Но за то внутри есть раковина и горшок 🙂
Оставив вещи, пошел набивать желудок. Далеко бежать не пришлось: польория (столовка, специализирующаяся на курице) оказалось совсем по соседству. Там и уплел внушительный кусок мяса с рисом и картошкой. Мне кажется, что за то короткое время, что я провел в Южной Америке, курицы съел намного больше, чем за всю предыдущую жизнь в России (да простят меня вегетарианцы).
И еще хочу привести здесь цитату из какого-то фильма: «Еда здесь вкусная — мне даже не приходится поливать ее кетчупом».

[08.08.2007]

В этот день я отрывался по полной в плане сна. Левый глаз откупорил ближе к 11:00, впрочем и правый примерно во столько же.
Сегодня весь день планировал провести в городе.
Выйдя из хостела напоролся на целую банду грабителей. Вернее это были чистильщики обуви, но в их среде почему-то модно носить черные лыжные маски, отчего они кажуться отъявленными негодяями.

Первым делом, что я хотел сегодня сделать — это раздобыть немного денег, т.к. 30 боливианов, тусующиеся у меня в кошельке, не позволяли толком ничего. Конечно можно было тоже натянуть маску и пойти одной из двух дорог: усиленно начать чистить всем подряд ботинки — глядишь к вечеру чего-нить да заработал; или в той же маске кого-нить ограбить, а потом подставить невинного чистильщика. Но первый способ слишком долгий, а второй — не слишком гуманный. Решил по старинке обратиться за помощью к банкомату.
Вот это оказалось настоящей проблемой (уж лучше бы обувь пошел чистить) — не зря профессор меня предупреждал. Первые 4 или 5 банкоматов, причем разных банков, вопили, что у меня на счету денег нет. Кто их так дезинформировал — непонятно. Следующие 2 не позволяли ввести нужную сумму, а предлагали на выбор свои варианты, причем максимальный из них был 300 боливианов. Да пошли вы в жопу: сниму я эти несчастные 40 баксов, а с меня еще 3 доллара спишут как комиссию — нафиг надо. Попытался пообщаться с сотрудницей банка — милая девушка. Только вот сделать она ничего не смогла — отправила в службу поддержки.
Наконец напоролся на один банкомат (Banco Economico), который 3 тыщи не дал, 2 не дал, а вот тыщу выплюнул. Уже неплохо, это как-никак $130 — на первое время хватит. Поставил галочку напротив — пользовать можно.
Как только разбогател, погнал на Черный Рынок. Он так и называется Mercado Negro (Черный Рынок). Думал прикупить пару ядерных боеголовок, но к моему удивлению ни наркотиков, ни оружия, ни обогащенного урана там не оказлось. Пришлось купить флаг Боливии (постепенно начинаю коллекционировать флаги).
Рынок этот занимает несколько кварталов. Если задумаешь здесь что-нибудь себе приобрести, ну, к примеру, кроссовки — запаришься ходить по кроссовочным рядам. Это же относится к любому другому товару.
Долго шастать по нему не получилось, т.к. проход мимо стометровой секции с какой-нить пряжей — не очень веселое занятие.
С Черного Рынка свернул в турисические кварталы: отели, рестораны, турагенства и сувенирные шопы. Прошелся по сувенирным лавкам: оценил разнообразие товара, поприглядывался к ценам.

Тут обнаружился очень странный сувенир — сушеный зародыш (или младенец) альпаки (это горная лама такая). В чем прикол такого сувенира — непонятно. Выглядит он далеко не восхитительно, места занимает много, на полку его не поставишь. Разве что сгодиться для какой-нить частной кунсткамеры (ладно хоть не воняет). Может быть в имении этого чудовища есть какой-нить смысл, ну типа талисман на удачу, но, по-моему, проще обвешать весь дом подковами — эстетичней будет.
Параллельно заглядывал в разные турконторы, справиться, не дадут ли мне напрокат велик на пару дней. Узнавал эту инфу на будущее, т.к. завтра собирался гнать в археологическое место Tiwanaku, а вот послезавтра уже хотел совершить вояж на двухколесном друге по самой опасной дороге в мире. Такой услуги, как просто велик, нигде, почему-то, не было, но за то все предлагали тур «Biking To Coroico», где все уже было включено: и гид, и хавка, и проезд. Такой тур мне принципиально брать не хотелось: в голове было представление, что это скучное, нудное и медленное следование за гидом. Но сильно решил не заморачиваться, а отложил поиск транспортного средства на завтра.
Вечером прошелся по центру, наблюдая как с каждым часом на улицу выползает все больше и больше торгашей. Порадовал ассортимент компашек: тут вам и софт какой угодно, тут и музыка всевозможных стилей и направлений, и любые фильмы на разных языках. И все по смешным ценам. Решил, что когда буду уезжать из страны (все равно это делать через La Paz) куплю десяток разных CD-шек.

Tiwanaku

[09.08.2007]

С утра, как только встал, выдвинулся в сторону кладбища. От туда по агентурным данным, предоставленными LP, бегают коллективо до Desaguadero (другого пограничного пункта с Перу), которые проходят мимо Tiwanaku. LP не соврало. Более того, в указанном месте наблюдалась очередь не пассажиров за микробусами, микробусов за пассажирами.
Как только очередное коллективо заполнилось, поехали.
Археологическое место Tiwanaku находится в 72 км от La Paz. Ехать туда часа полтора.

Что такое Tiwanaku? Tiwanaku это древний город. Более того, Tiwanaku это целая культура и древняя андинская цивилизация, прошедшая весь путь развития от зарождения до угасания и существовавшая в доинковский период. Именно от нее инки переняли знания по ирригации земель, астрономии и глиноделию. Цивилизация эта базировалась вокруг одного-лишь поселения. Она не имела письменности, поэтому оригинальное название города не сохранилось. В начале прошлого тысячелетия люди ушли из него по неустановленной причине. Город исчез. Нашли его только в 20-ом веке. И по сей день там ведуться раскопки.
Колективо выбросил меня в двух километрах от археологического места. Пока преодолевал это расстояние пешкарусом, меня обогнали несколько туристических автобусов и коллективо. Хм. Популярное место.
Комплекс весь состоит из четырех отдельных частей: два музея и два места раскопок. Входной билет (80 боливианов, можно платить в долларах) дает право на посещение всех четырех мест. Отдельных билетов нет: либо все 4, либо ничего. Хотя, конечно, было бы неплохо сделать раздельные тикеты. Мне, к примеру, в музеях торчать не очень интересно: уж слишком подолгу гиды мусолят каждый стенд — терпежу не хватает, а просто так смотреть — тоже неинтересно.
Ну да ладно, коль уж все включено, пойдем смотреть все. Отстояв нехилую очередь, расстался с 80 боливианами и пошел впитывать знания человечества о цивилизации Tiwanaku.

Первым был музей Museo Litico — музей каменных статуй. В нем храниться самая большая статуя Monolito Bennett (или Pachamama — мать-земля). Высота — 8 метров, масса — 20 тонн. Вырезана она из цельного куска камня. Насколько я понял, подслушивая гида, эта шняга была богиней плодородия и земледелия. Это, кстати, первый и единственный экспонат, на обзор которого вместе с гидом меня хватило. Дальше пошел глазеть один. Были тут еще разные статуйки поменьше. Были и элементы инженерных систем по доставке воды в город (водопровод — по-нашему). Освещение тусклое, все в полумраке. Фоткать, естественно нельзя.
Музей небольшой, обошел его быстро. Почитал надписи на стенах. Главное впечатление — большая 8-метровая статуя. Люблю все гигантское.
Следующим был опять музей (название не сохранилось), совсем скучный музей. Основная его цель — показать как прогрессировало горшочное искусство с развитием цивилизации Tiwanaku: 80% экспонатов — всякие посудины, произведенные в разные стади существования цивилизации. Горшки как горшки. Скукота. Помимо горшков здесь была коллекция черепов. Надо сказать, что люди Tiwanaku также как и люди Nasca фанатели от мозговитых голов — затылочная часть у них (где хранится мозг) значительно вытянута.
Больше ничего интересного не было — разве что толпы туристов, внимательно слушащие путеводителя, через которые приходилось буквально продираться. Вообщем, долго я здесь не задержался.

Радовало одно — музеи кончились, сейчас начнется то, ради чего я сюда приехал — места раскопок. Их два: Sitio Arqueologico De Kalasasaya и Area Puma Punku.
Но перед тем как зайти в первое из них прошелся по рынку сувениров. Цены здесь оказались как минимум в 2 раза ниже лапасовских. В основном, конечно, это касалось керамики. Но пока покупать ничего не стал.
Наконец вошел на территоррию Kalasasaya. Что здесь было. Ну прежде всего непосредственно сам храм Kalasasaya. Храм открытый (без крыши то есть). Для чего конкретно он был нужен я не скажу (хотя для чего нужны такие заведения), но у него была одна особенность: он расположен так, что в дни весеннего и осеннего солнцестояний солнце восходит четко напротив ворот — получается как бы солнце входит внутрь. Внутри храма две огромные статуи Monolito Ponce — прямо напротив входа и Monolito Fraile — сильноразрушенная, где-то на отшибе; и монумент, именуемый Puerta Del Sol (Врата Солнца). Рисунки на статуях отображают философию народа Tiwanaku. Предназначение сих монументов для меня скрыто.

Помимо храма, здесь находилась Piramide De Anapana. Но освобождение ее из недров земли, похоже, находится на начальном этапе, т.к. внешне она смахивает на земляной холм, нежели на какое-то строение. Рядом с холмом висит плакат, отображающий как она должна выглядеть. Я не спец в древней архитектуре, но по-моему в ней есть что-то общее с ацтековскими (или какими там) пирамидами в Мексике.
Помимо этих учреждений доинковской культуры здесь тусили такие строения как Puerta De La Luna (Врата Луны), Keri Kala (ваще непонятно что такое — кучка камней, стоящих торчком) и еще какой-то temple со множеством каменных рож, торчащих из стен.
Самое классное во всем этом, что можно усесться на газончике, заниматься своими делами (читать, писать, да даже ничего не делать) и понимать, что сидишь не где-то в городском парке, а среди сооружений, которым больше тыщи лет.

И от этого становится так хорошо, что уходить не хочется. Вот я и сидел, наблюдая как многочисленные группы сменяют друг друга, внимательно слушают рассказы гида и фоткают все подряд.
Проникнувшись подслушанными рассказами пошел на рынок, где буквально за копейки скупил керамические статуэтки и фигурки всего того, о чем имел хоть какое-то представление. Рюкзак заметно потяжелел. Ну что ж, теперь все эти кирпичи мне придется целый месяц таскать на себе.
Последним в плане посещения было другое археологическое место — Puma Punku, находящееся в полутора километрах от музеев и Kalasasaya. Как только зашел на его территорию, сразу же понял, что ученые глубоко заблуждаются насчет цивилизации Tiwanaku. На самом деле Tiwanaku — это раса людей-гигантов, а Puma Punku — детский сад.

Почему я так решил? Да просто в этом месте наблюдалось скопление огромных каменных кубиков, кирпичиков и блоков, напоминающих элементы детского конструктора (только для очень больших детей). Шутка конечно, но первые ощущения именно такие. Оглядев элементы древнего тетриса, устроил собственную фотосессию среди всех этих буковок «Г», «Н», «П» и «Т». Еще понравилось, что по ним можно лазить. Надзиратель хоть и имеется, но на такие мелочи, как ползанье по полуторотысячелетним кирпичам, он не обращает внимание — лишь бы ничего не отламывали (хотя попробуй отломить кусок от скалы — фиг вам).
Под конец увидел то, что можно увидеть в исторических художественных фильмах о Египте — людей ведущих раскопки. Кисточками из кроличьей шерсти они конечно же не пользовались, но вот кирками и лопатами землю молотили усердно, выковыривая оттуда очередной шедевр древней культуры.
Всего в археологическом месте провел 5 часов и так воодушевился всем этим, что вечером решил устроить себе ликбез на тему Tiwanaku (с помощью инета, конечно). Уезжал оттуда с полным ощущением того, что побывал на самых настоящих раскопках (хотя это и были самые настоящие раскопки).

Leave a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Scroll to Top